– Теперь она молодая леди, Джеймс, - заметила мать, - хотя все еще носит эти непристойные штаны и шляпу, более пригодную для огородного пугала. Но больше ты не можешь обращаться с ней как с младшим братом. А что касается стека…, почему бы тебе самому его не купить? Подаришь ей. Впрочем, Корри утверждает, что никогда не пользуется стеком.

– Я забыл о дне ее рождения, - пояснил Джеймс, молясь, чтобы отец не вздумал просветить матушку.

– Знаю, Джеймс. И насколько я помню, тебя вообще не было дома в тот момент. Так что у меня не осталось другого выхода, кроме как самой купить для нее подарок.

– Мама, неужели ты не могла выбрать ей что-то из одежды? Хотя бы модную амазонку или сапожки для верховой езды и подарить от моего имени?

– Это, дорогой мой, было бы неприлично. Повторяю: Корри теперь юная леди, а ты - молодой джентльмен, никак не связанный с ней родством.

– Молодые джентльмены, - объявил Дуглас Шербрук, ткнув вилкой в сторону сына, - дарят одежду и сапожки для верховой езды исключительно своим любовницам. По-моему, мы с тобой уже обсуждали эту тему.

– Дуглас, пожалуйста, - вмешалась Александра. - Джеймс - милый мальчик. Непристойно говорить с ним о любовницах! Должно пройти по крайней мере несколько лет, прежде чем он созреет и станет участвовать…, в подобных играх.

Муж и сын молча воззрились на нее, затем медленно кивнули.

– Э…, да, конечно, мама. Много лет, - согласился Джеймс.

– И кроме того, Дуглас, я не твоя любовница, а ты покупал мне одежду и сапожки для верховой езды, - продолжала мать.

– Разумеется. Должен же кто-то одевать тебя как следует!

– Именно, сэр, и кто-то должен позаботиться об одежде Корри, - поддержал Джеймс. - Она скорее мальчик, чем девочка! И даже если превратится в девочку, не сумеет вести себя как полагается. У нее совершенно нет опыта. Она в жизни не была в Лондоне.