Когда Коуди закончил свою речь — по правде говоря, он хотел лишь припугнуть женщин на всякий случай, — его подопечные уселись в кружок и принялись обсуждать, кто будет их представительницей.

Поскольку женщинам не пришло в голову открыто проголосовать, они решили кинуть жребий. Коуди поклялся не вмешиваться. Он и не вмешивался. Но такой способ показался ему наименее эффективным при выборе подходящего лидера. Он скрестил на груди руки и, прислонившись к стене, молча наблюдал за женщинами, пытаясь определить их характеры — то есть понять, чего от каждой из них следует ожидать.

— Та, кто вытянет крестик, станет нашей представительницей, — предложила Хильда Клам. Учительница, она привыкла обращаться к аудитории. По мнению Коуди, Хильда Клам была бы отличной представительницей.

— А что, если маленькая Люси вытянет крестик? — Сара Дженнингс улыбнулась Люси и сжала ее руку. — Мне нравится Люси, как всякая молоденькая женщина, но я полагаю, и сама Люси согласится, что она еще слишком молода, чтобы взять на себя такую ответственность.

Сара Дженнингс — тоже неплохой выбор. Когда майор Дженнингс был еще жив, Сара переезжала с ним из одного армейского гарнизона в другой. Она производила на Коуди впечатление практичной и рассудительной женщины.

Мем Грант, та из сестер, что была старой девой, кивнула в знак согласия:

— Некоторые из нас могут не претендовать на должность представительницы. Пусть тянут жребий те, кто способен занимать это место.

— Никто не возражает? Хорошо. — Хильда Клам улыбнулась. — Мем, попросите, пожалуйста, у мистера Коуди его шляпу, положите туда бумажки и начинайте.

Коуди, восхищенно глядя на ярко-рыжие кудри, выбивавшиеся из-под шляпки Мем Грант, притянул ей свою шляпу и принялся смотреть, как она пошла по кругу, предлагая бумажки тем, кто хотел участвовать в выборах. Мем была высокой привлекательной женщиной того типа, который некоторые мужчины считают самым обыкновенным, другие же — поразительным.