— Простите, но это невозможно.

— Почему? — почти беззвучно спросила она.

— Потому, что не работает телефон. Ураган выкорчевал несколько деревьев и повредил провода… — почти вынужден был прокричать он, так как усилившийся ветер относил его слова в сторону. — Наверное, их починят уже после Рождества. Мне кажется, нам лучше вернуться в дом, пока мы вконец не замерзли.

В какой-то момент ей пришла в голову сумасшедшая идея идти пешком, но она взяла себя в руки, напомнив себе, что до дома Сесиль не меньше пяти километров. Идти ночью одной в такую пургу — сущее безумие, особенно в ботинках на каблуках.

Похоже, судьба против нее. Не видя другого выхода, она вышла из машины.

Луи нагнулся и правой рукой достал с заднего сиденья ее сумку и саквояж.

— Думаю, вам понадобятся ваши вещи.

Захлопнув дверцу машины и мелко стуча зубами от холода и возбуждения, она побрела за ним следом, пряча лицо от снега.

Дверь оставалась приоткрытой, и ветер нанес внутрь целую горку снега. В холле было так же холодно, как и снаружи.

Луи закрыл дверь ногой.

— Как я уже говорил, центральное отопление не работает, поэтому кухня, благодаря газовой колонке, самое теплое место в доме.

Он положил ее вещи на старенький диван, сбросил с себя промокший джемпер и повесил его на вешалку сушиться.

— Позвольте. — Одной рукой он помог ей снять пальто, повесил его рядом со своим джемпером и достал с полки два полотенца. — Посушите волосы. Еще не хватает простудиться.

Он вытер голову полотенцем и, оставив его на шее, подошел к камину, возле которого лежали приготовленные для растопки дрова.

Щеки и уши Мадлен замерзли так, что сейчас в тепле начали пощипывать, отогреваясь. Она распустила свои густые длинные волосы и молча наблюдала, как он разжигает огонь. На четвертом пальце у него блеснуло тяжелое золотое кольцо.

Холодок пробежал по ее спине, она никак не могла согреться. Что, черт побери, ей делать в этой ловушке со странным и опасным незнакомцем? Она поежилась и снова собрала в пучок еще не успевшие высохнуть волосы.