– Не расстраивайтесь, – стремясь хоть немного разрядить обстановку, сказал он. – Машина ваша не так уж сильно пострадала. И вообще, главное, что сами целы. Это, наверное, ваша первая авария?

– Представьте себе, первая, – сердито ответила девушка, упорно глядя в сторону.

– Все когда-нибудь происходит впервые, – философски заметил Юрий. – Ничего, привыкнете. У вас их еще столько впереди, этих аварий!

Он хотел сказать, что в наше время проехать по Москве, ни разу не оцарапав машину, практически невозможно, но пассажирка, похоже, поняла его как-то не так. Она резко, всем телом обернулась в его сторону и прожгла Филатова свирепым взглядом больших серо-голубых глаз. Губы у нее были красивые, четко очерченные, очень выразительные. Сейчас они были сердито поджаты, а между тонкими бровями залегла морщинка.

– Спасибо, – уничтожающим тоном произнесла девушка, – вы меня так утешили! Вы, видно, из тех самодовольных типов, которые на каждом углу кричат, что женщина за рулем – это то же самое, что обезьяна с гранатой.

– Ничего подобного, – смутился Юрий. – Я совсем не то хотел сказать...

– Знаю я, что вы хотели сказать! Смотрите лучше на дорогу. Вон, вон просвет, туда давайте! Да газу же!...

Юрий аккуратно притормозил, и почти в то же самое мгновение просвет, на который указывала ему пассажирка, исчез, заполненный пошедшим на обгон самосвалом.

– Как хотите, – сказал Юрий. – На самом деле я думаю, что те, кто распространяется насчет обезьяны с гранатой, незаслуженно обижают ни в чем не повинных животных.