— Я помню свою прабабку Дженет, — кивнула Кат. — Мы величали ее «Мэм». Неукротимая женщина.

— Совсем как моя бабушка, — согласилась Жасмин.

— А это правда, что вы когда-то попали в гарем? — неожиданно выпалила Индия.

Кат обернулась к девушке. Уже далеко не ребенок, но еще не женщина и так же красива, как мать, со смоляными волосами и необыкновенными золотистыми глазами.

— Да, — кивнула Катриона. — Я жила в гареме великого визиря султана.

— Какого султана? — настаивала Индия.

— Существует только один султан, — пояснила Кат. — Турецкий.

— И как там было? Чудесно или ужасно? — блестя глазами, расспрашивала Индия.

— По-всякому. — Кат пожала плечами.

— Индия! — прошипела Жасмин, возмущенная неприличным поведением дочери. Ах эта Индия! Упряма, как сто мулов, и вечно стремится настоять на своем!

— А моя мама тоже выросла в гареме, — продолжала Индия.

— Неужели? — охнула в свою очередь заинтригованная Кат.

— Мой отец из индийской династии Великих Моголов, — пояснила Жасмин, — а мать — англичанка. Она вышла замуж за графа Брок-Керна.

— Я помню вашу мать, — обрадовалась Кат. — Ее зовут Велвет! Она гостила у нас в Эрмитедже много лет назад. Но ты не слишком на нее похожа!

— Верно. Скорее, одновременно на бабушку с материнской стороны и на отца.

Да, вероятно, именно этим объясняется восточный разрез бирюзовых глаз и золотистый оттенок кожи. Леди Стюарт-Хепберн перевела взгляд на дерзкую девушку. Сливочно-белая кожа, волосы цвета воронова крыла с синеватым отливом, но откуда такие глаза? Совсем как у кошки. И не янтарные, а именно золотые, с крошечными черными пятнышками.

Пожилая женщина уселась в кресло у камина. Апрель во Франции — довольно холодный месяц.