- Но иначе мы никогда бы не встретились и ты не стала бы моей, - возразил дей, щекоча языком розовую раковинку ее уха.

- Верно, - прошептала она. - Ах, повелитель, ты снова растешь и твердеешь во мне! Как это может быть?

- Замолчи, маленькая глупышка, и позволь мне любить тебя, - тихо прорычал он. - Клянусь Аллахом, ни одна женщина не зажигала во мне такого пламени!

О Боже! Любовь сильнее любого зелья, крепче старого вина!

С каждым выпадом он пронзал ее до самого сердца. Индия тяжело дышала, чувствуя, как переполненная плоть растягивается, вбирая его все глубже. Твердый, пылающий жаром, неумолимый жезл... Ее преследовало единственное желание - раствориться в восторгах безумной страсти, стать единым целым с его сильным, горячим и нежным телом. Почему она так долго противилась, лишая себя неземного блаженства? Ей так хорошо в его объятиях! И сама не зная почему, она безгранично ему верит.

Индия закричала и забилась в омывающих ее волнах экстаза.

- Я люблю тебя, - прошептал он. - Ты моя единственная, бесценная, милая жена. Я боготворю тебя и поклоняюсь своим телом.

- И я люблю тебя, Кейнан, - повторила она. - И никогда не знала такого счастья, какое изведала сейчас. Дай мне своего сына, повелитель! Дай мне своего сына!

Они вместе достигли сияющей вершины и рухнули вниз. И уснули, так и не разжав рук. Она приникла к нему, как жаждущий к источнику; он прижимал ее к себе, словно завоеванную добычу.

Дей открыл глаза только с первыми лучами солнца и взглянул на женщину, лежавшую на его груди. Она просила дать ей сына! Аллах, он дважды излил в нее свои любовные соки. Может, именно эта ночь принесет желанные плоды?

Впервые в жизни он осознал, что действительно хочет детей. От других женщин ему не было нужно ничего, кроме постельных утех, да ни одна бы и не посмела ничего от него требовать.

Дей вздохнул.

Будь он в Англии, пришел бы к герцогу, попросил руки леди Линдли и не успокоился бы, пока не добился ее.