Позвонили в дверь, кого-то принесло на ночь глядя. Виктория Михайловна вздрогнула от неожиданности. Слишком резким оказался звук, которого она не ждала. Сама виновата, давно пора поменять звонок на более мелодичный. От нынешнего вздрагиваешь и начинаешь непроизвольно дергаться. Уж больно резок. А чего бояться-то? На часах двенадцатый, но это сегодня ничего не значит. Нынче мало кто спит в это время. Странно… Кто бы это мог быть? Она никого не ждет. Дети отзвонились, поздравили с наступающим Новым годом. Сын – из Лондона, дочка – из подмосковного санатория. Нынче модно встречать Новый год не дома. Меняются времена и традиции, появляются новые обычаи. Хорошие дети, внимательные. Честь им и хвала, помнят о дорогой маме и о московском времени не забывают.

Так настойчиво и без лишних церемоний в ее дверь в любое время суток может звонить только один человек – соседка с первого этажа. Виктория Михайловна женщина спокойная, доброжелательная, которая относится терпимо к людям вообще и их слабостям в частности. Но иногда от общения с соседкой теряет не только дар речи – лишается душевного равновесия. Надежда Анатольевна человек совершенно неординарный во всех отношениях, точнее сказать, на удивление беспардонный и напористый. Она – очень активная женщина без особых признаков интеллекта, глубоко несчастная в семейной жизни, поскольку супруг пьет, как последняя дрянь. Супруг Надежды Анатольевны пил всегда, пил везде и сейчас продолжает осуществлять свою нехитрую программу с завидной настойчивостью и методичностью. В редкие минуты просветления он похож на человека. Конечно, и краны он починяет виртуозно, и о политике рассуждает с умным видом. Алкаши, они люди в принципе неплохие. Все понимают, очень правильно оценивают ситуацию, довольно самокритичны, разговорчивы, когда не пьют. Но есть одно маленькое но. Верить им нельзя ни при каких обстоятельствах. В момент просветления они молодцы, а подступит – и продадут за чекушку мать родную.