Впрочем, отцу она и такая нравится. То и дело повторяет: «Красавица у меня выросла, вся в маму». Хотя до мамы ей точно еще далеко. Да и не похожи они между собой, а жаль. Только в глазах что-то общее есть, а так — ничего.

Васька пошарила по карманам. Черт, всего тридцатка, а вход в клуб полтинник стоит. М-да, это — упущение. Пойти, что ли, погулять около ларьков, глядишь, потерянной мелочью и наберется недостающее? Хотя можно и не мечтать. Рубля три, ну пять найти в дорожной пыли — это не проблема. Особенно, если знаешь, где и как искать. А вот целых двадцать…

Васька загрустила. Эх, не хочется ей на самом деле ни на какую дискотеку. Ей бы домой, к компьютеру. Но ближайшие пару часов туда соваться себе дороже. Наверняка Потаповна сейчас ревизию холодильника устраивает и письменный стол шмонает, зараза. А скандалов на сегодня и так уже с избытком: утром почти поцапались, в обед едва не поцапались, вечером — опять проблемы. Побыстрее бы у этой мерзавки отпуск заканчивался, а то ей заняться нечем, кроме как к соседям лезть.

Тут Ваську окликнули:

— Эй, Васеныш! Чего скучаешь? Или обидел кто?

Васька с улыбкой обернулась. Ну да, а кто же еще это мог быть, как не Саня Ларцов из соседнего подъезда?

— Привет, Саш. Где брата потерял?

— Да дома сидит, кашеварит. Меня вон за картошкой послал. Ты, кстати, есть хочешь? А то Пашка опять на дивизию наготовит, нам столько и за пару дней не осилить. Давай, выручай!

— Ой, не знаю, — с сомнением протянула Васька, глядя на богатырскую фигуру Сашки. — По-моему, вам с Пашкой надо не на одну, а на две дивизии готовить, чтобы голодными не остаться…