Тем не менее Тамара это должно не понравиться. Ему и самому не нравилось.

Но это необходимо было сделать.

А сейчас ему нужна дистанция. Придется заново возвести разрушенные эмоциональные заграждения и вернуть контроль над ситуацией.

— Повезло мне, — пробормотала молодая женщина.

Этана потрясла не столько саркастическая интонация, сколько жуткая смесь разочарования и насмешки на ее лице.

Пора брать ситуацию в свои руки, пока она окончательно не вышла из-под контроля.

— Прежде чем я отвлеку вас от еды с помощью моих сотни раз проверенных технологий утешения, попробуйте чечевицу с карри. Говорят, это что-то особенное, — предложил Этан.

Тамара кивнула. И вновь его поразило разочарование, с которым она возила вилкой по тарелке.

— Что вы думаете по поводу потато бондас? — не отступал он. — Это шарики из пюре оранжевого картофеля с рисовой мукой, сахарным песком и тертым кокосом, обжаренные во фритюре.

Невинный вопрос, предназначенный для того, чтобы вернуть ее в русло светской беседы.

Однако, когда Тамара посмотрела на него, он увидел такой упрек в ее глазах, что почувствовал себя последним подонком.

Этан приготовился к тому, что сейчас Тамара его довольно резко осадит, но она лишь сжала губы, как будто у нее сложилось самое отвратительное мнение о нем.

— Хороши.

Проклиная себя в душе, он подвинул к ней тарелку:

— Еще?

— Нет, спасибо.

Оба замолчали. Повисла напряженная тишина.

У их совместной поездки не может быть продолжения. Этан всего лишь планировал соблазнить женщину, которую давно и безуспешно желал.

Вот этого и нужно придерживаться, чтобы не испортить себе жизнь.

Глава 4

Этан сосредоточился на гиде, который что-то бубнил про дворец Хава-Махал, удивительное сооружение, сложенное из полос красного и розового песчаника, с массой окон, напоминающее улей из сахарной ваты.