Однако Ричард был не тем человеком, каким казался. Ни его поклонники, ни коллеги не знали правды. Знала только она, одна-единственная.
Ричард Доуни, известный всей Австралии повар — отъявленный подонок. И Тамара в присутствии его партнера вынуждена скрывать это.
Если бы муж не умер от внезапного сердечного приступа, она сама убила бы его за то, что он с ней сотворил.
— Я это делаю не ради Ричарда, а ради себя самой.
Горечь все-таки прорвалась, и Тамара поспешила замолчать: Этан не заслуживает того, чтобы вымещать на нем злобу, вызванную поступками Ричарда. Она и так потратила достаточно времени на всяческие анализы, самобичевания и многочисленные «а что, если бы».
А если бы она знала о его любовнице?
Что, если бы она восстала, не боясь повредить его бизнесу?
Что, если бы отправилась с мамой в Индию, когда Куши в первый раз, много лет назад, ее об этом попросила? Изменилась бы ее жизнь к лучшему?..
— Я не хотел ворошить вашу боль.
Тамара покачала головой:
— Вы не виноваты.
Этан, прищурившись, вглядывался в ее лицо. Что он надеется в нем найти? Подтверждение того, что она все еще горюет? Что сердце ее разбито, и ей не стоит возвращаться к работе после того, как несколько лет она играла роль жены человека, который ни черта ей не дал?
— Сначала вам следует взять отпуск, отдохнуть, сделать перерыв — называйте, как хотите. Поверьте мне, законченному трудоголику, как только вы втянетесь в эту беготню, у вас не останется ни минуты для себя.
Тамара собралась было посоветовать Этану замолчать, но он приложил палец к ее губам. Женщину словно током пронзило.
— Маленький совет. Я видел вас полгода назад, вижу сейчас. Вы держитесь замечательно, но нужно время.
Слава богу, он убрал палец.
— Для чего?
— Для вас самой. Нужно время, чтобы ушла печаль. — Этан показал на стопку папок. — Вы чертовски хороший ресторанный критик, одна из лучших в Мельбурне. Но, если честно, у вас появились слезы при простом упоминании о тандури. А пару минут назад я понял, что вы каждый день думаете о Риче. Похоже, вам пока трудно работать постоянно.