— Но вполне может инвалидом притвориться, — раздраженно возразила брату Элис. — Разве не ясно?

Только тут Гэри все понял. С видом человека, хватающегося за соломинку, он воскликнул:

— Черт побери, Элис! Это похоже на безумие, но ведь может сработать! А что нам терять? После этого единственного визита вряд ли Дикин еще сюда приедет. Однажды, насколько я помню, когда он начал какой-то свой новый бизнес, он пробыл на месте ровно столько, сколько нужно было, чтобы все наладить. Да и вообще, большую часть времени он теперь проводит за границей, оставляя вместо себя хорошего менеджера. Так что наш обман ему, скорее всего, не суждено обнаружить. С другой стороны, даже у таких жестоких людей, как Дикин, всегда есть в душе какое-нибудь слабое местечко. Так что есть надежда, что, увидев Миранду в инвалидном кресле, он, может быть, свое решение и переменит.

Во время разговора отца с теткой Миранда будто онемела. И вдруг обрела дар речи. Девушка в ярости вскочила и тут же опять удивилась чуду — она снова на ногах!

— Вы что, оба ума лишились?! — закричала она. — Папа, — взмолилась Миранда, — я понимаю, что потерять фирму — для тебя ужасный удар и что ты сам не свой. Если бы не это, ты бы сразу отклонил предложение Элис.

— Я потерял фирму, — возразил Гэри, — потому что ни один человек, кого я просил о помощи, мне не помог. Все они оказались друзьями лишь до первой беды. Я получил тяжелый урок, но зато понял: большинство людей интересуют лишь их собственные дела. Так почему же я должен быть другим?

— Ерунда! — оборвала его Миранда. — Не хочу показаться безучастной, папочка, но, когда люди отказываются помогать, для этого обычно бывают веские причины. В твоем случае у них, вероятно, не было достаточно свободных средств, чтобы тебе помочь. — Отец по-прежнему хмурился. — К тому же, если мистер Дикин и разрешит нам тут остаться, то, скорее всего, заломит за аренду огромные деньги. Да и содержать такой дом, как наш, очень дорого.