Эшли побледнела. Господи, ей даже и в голову не пришло, что Креймер может спросить брачное свидетельство.

– Разумеется, есть, – ответила она не думая. – Мы должны его забрать сегодня попозже в доме священника.

– Вот и хорошо. Покажите мне его завтра перед отъездом, и тогда вы с вашим… мужем сможете присоединиться к нашему обозу.

По его тону и словам можно было понять, что он ей не поверил. Чуть не плача, Эшли смотрела, как удалялся этот железный, непреклонный человек. Господи, что же ей теперь делать?

Тэннер вздохнул с облегчением. Судьба вмешалась и спасла его от роковой ошибки. Ведь он с самого начала чувствовал, что связываться с этой девицей не стоит. Без всякого сожаления он сунул руку в карман жилета.

– Теперь, выходит, я должен вернуть вам деньги, Янки? Я тут истратил кое-что, но правил игры я не нарушил.

– Вам что так сильно хочется в тюрьму, Мятежник?

Тэннер хмуро посмотрел на нее. Типичная янки – измывается над чужим несчастьем.

– Мне приходилось бывать в тюрьме и раньше.

– И видно, еще придется не в последний раз. Если не в Сен-Джо, так в другом городишке. – В ее голове вдруг зародилась смутная и совершенно невероятная идея. Она посмотрела ему прямо в глаза. – Послушайте, я готова предъявить капитану Креймеру наше брачное свидетельство, а вы?

Сначала Тэннер не мог взять в толк, о чем она говорит, но постепенно смысл ее слов дошел до него. Его глаза расширились, челюсть отвисла, и дыхание застряло в горле. Когда он отдышался, то смог лишь нечленораздельно фыркнуть.

– В чем дело, Мятежник? Неужели струсили?

– Вы точно ненормальная, даже с поправкой на то, что вы янки.

Эшли прикрыла веки, и стало заметно, как она измучена.

– У меня нет выбора. Это будет фиктивный брак. Как только мы доедем до места назначения, вы сможете подать прошение об аннулировании брака. Или я подам, если вам так удобнее.