Целых полгода Вики проявляла чудеса ловкости и изобретательности, избегая общения с Тони. Правда, Тони навещал любимого дядюшку нечасто, всегда звонил, заранее предупреждая о своем приезде, и оставался ненадолго. Вики пришла к выводу: Тони Бейли-Кларк не любит спонтанности. Видимо, вся его жизнь подчинена строгому распорядку. В ней нет места внезапным порывам. И за это она была ему благодарна, потому что, узнав о его скором приезде, она попросту брала выходной или отсиживалась в своей комнате.

Но сейчас общения не избежать.

Полковник Кларк, ее хозяин, вчера угодил в больницу. Врачи подозревают у него инфаркт. Как только стал известен диагноз, она сразу же решила сообщить об этом Тони. Его необходимо было поставить в известность о случившемся. Когда она дозвонилась, секретарша попыталась ее отшить. Но она объяснила, что случилось, и ее сразу же соединили. Тони сухо сообщил: он немедленно вылетает и надеется, что к его прибытию она будет дома. Не выслушав ответа, он просто бросил трубку. Бесчувственный сухарь! Неудивительно, что он так ей не нравится.

Вики сидела у окна и смотрела на дорогу. Настроение у нее было хуже некуда; наверное, вот так смертник ждет, когда к нему в камеру войдет палач. С раннего утра она переделала все дела по дому и вот уже битый час сидела на стуле и ждала. Она ни в коем случае не должна пропустить момент, как он подъедет к дому. Может быть, если она увидит его заранее и привыкнет к его виду, ей будет не так страшно общаться с ним.

Но все ее надежды лопнули как мыльный пузырь. Как только его такси подъехало к дому, сердце у нее бешено забилось и ей стоило больших трудов подняться на ноги.

Самым неприятным и несправедливым было то, что в Энтони Бейли-Кларке ум и властность сочетались с необычайной внешней красотой. Вот если бы у него нашелся хоть один физический недостаток… Или он хотя бы обладал обычной внешностью. Но не тут-то было! Завидев его, женщины застывали на месте и у них начинала кружиться голова. Густые волосы цвета спелой пшеницы, ярко-голубые, как небо в ясный полдень, глаза, чеканный профиль… Казалось, черты его лица вырезаны любящей рукой. Само совершенство!