Мы поговорили про это, потом стали встречаться, чтобы проверить себя, а потом, когда поняли, что нам хорошо вдвоем, поженились. Не потому, повторяю, что влюбились друг в друга, а потому, что оба искренне считали, что наша совместная жизнь сложится. После я ни на одну минуту не пожалела об этом, и, думаю, Бен тоже. И знаешь, – сияющая улыбка осветила лицо Маргарет, – я не понимаю, как это произошло, но так или иначе – свершилось чудо: теперь мы очень любим друг друга!

– Я завидую тебе, Маргарет, но не думаю...

– Послушай, мы с тобой во многом похожи. Прекрати тратить свою жизнь на мужчину, который никогда не станет твоим. Он только ранит тебя, если ты не откажешься от него. Нечего лить горькие слезы. Реши для себя, чего ты хочешь. Дома, у родителей, подумай хорошенько, что для тебя действительно важно. Все может быть, может, ты решишь, что я была не права и что муж, дом, семья не стоят того, чтобы оставить мечты о любви. Но с другой стороны, возможно, к своему удивлению, ты по-иному взглянешь на себя и на свои желания.

Когда Сара, свернув с шоссе, поехала по знакомой дороге к дому, она еще продолжала прокручивать в уме все, что сказала ей Маргарет. Дом... дети... Да, этого она хотела всегда. Несмотря на решение переехать в Лондон и сделать карьеру деловой женщины, в душе она осталась девушкой из маленького городка. Ей нравилась лондонская жизнь, но сердце подсказывало, что это всего лишь связующий эпизод между детством и тем периодом жизни, когда она будет выступать в роли жены и матери. Каждый раз, наблюдая своих родителей или навещая сестру, она думала о себе и сознавала, что ее жизнь им не нравится. Но не в ее силах было порвать с Иэном. Она отказывалась посмотреть правде в лицо: никогда не настанет тот день, когда он, заключив ее в свои объятия, страстно захочет овладеть ею. Ей двадцать девять лет, она отнюдь не старуха, но, с другой стороны, и не настолько юна, чтобы тешить себя глупыми мечтами.