Носильщики подняли паланкин. Гейша Сунскоку при внезапном рывке постаралась сохранить равновесие, вытянув свою лебединую шею. И хотя капитан, даром что варвар, был обаятелен, она не достигла бы высокого положения куртизанки из чайного домика высшего ранга, не овладей она всеми тонкостями поведения.

— Он ждет меня в резиденции, — уже с готовностью ответила она, слегка вздрогнув, потому что носильщики сменили ритм шага, и лезвие чуть не полоснуло ее до крови. — Прошу тебя… — Гейша указала пальчиком на острие. — У меня нет намерения раскрывать твое присутствие.

Тама отвела лезвие в сторону.

— Донесешь — убью! — пригрозила она.

— Я не пошевельнусь. — Сунскоку спокойно взирала на того, кто захватил ее в плен. Начальник тайной полиции, на службе у которого она состоит, захочет узнать об этом крестьянине поподробнее, раз он разыскивает Хью-сама

— Я не причиню ему вреда.

Сунскоку слегка улыбнулась:

— Он с тобой быстро расправится, вздумай ты угрожать. Даже с помощью твоего же вакидзаси

Тама сузила глаза:

— Пусть только попробует.

— Вызывающее, надо сказать, поведение со стороны крестьянина, которому меч-то даже носить не положено, — заметила Сунскоку с насмешкой.

— Мир быстро меняется, — отрезала Тама.

Хотя в голове у Сунскоку помимо намерений матримониальных имелись и другие планы, она призадумалась. Очевидно, молодая особа с произношением, присущим образованным северянам, считает, что подходит Хью-сама, знатоку бусидо

— Если ты намерен выяснить, какие пороки свойственны капитану, — заметила она небрежно, — то знай — он предпочитает женщин, а не мальчиков. — Хотя даже в тусклом свете внутреннего фонаря ясно, что перед ней отнюдь не мальчик.

— Какая удача!

— Должно быть, ты его не знаешь, иначе не сказал бы так.

Сунскоку снова заученно улыбнулась. Молодая особа, как видно, высокого рода, хоть и переоделась в простолюдина. Однако есть повод вникнуть в размышления, тем более если учесть акцент ее да и недавние бои на севере и присовокупить к тому интерес к капитану.