- Она твоя. - В его голосе слышалось злорадство.

Мужчина подошел так близко к кровати и так низко опустил свечу, что Джерваз почувствовал на коже жар ее пламени. Молодой человек успел заметить, что, несмотря на мрачный цвет и простоту покроя платья, Гамильтон был одет как джентльмен.

Впервые в жизни Джерваз окаменел от ужаса, в голове его все смешалось. Вот уже лет десять его преследовали ночные кошмары, и вот теперь сложившаяся ситуация напоминала один из них. Но тут самозваный помазанник Божий ткнул в его грудь дулом пистолета.

- Да, мой красавчик, милорд, - чуть ли не ласково произнес мужчина. - Она твоя... - После небольшой паузы он опять взорвался:

- Ах ты, аристократишка, сучий сын! Не сдержался, мерзавец, не унял своей похоти - теперь получай! Она твоя до гробовой доски!

Викарий стоял так близко, что Джерваз видел, как из его рта брызжет слюна.

- Вы стоите друг друга, - продолжал злорадствовать Гамильтон. - Зато я теперь свободен и могу вести праведную жизнь!

Ярость Брэнделина стала постепенно уступать место страху.

- Ради Бога, выслушайте меня, - проговорил молодой человек, - не представляю, как эта женщина попала в мою постель, во всяком случае, я не имею к этому никакого отношения. Я не тронул маленькой потаскушки, и если она ваша дочь, то забирайте ее и проваливайте отсюда!

Глаза мужчины в черном засияли нехорошим блеском, он направил пистолет в сердце молодого человека.

- Нет-нет, мой дорогой сукин сын. Нет! - зловеще прошептал он. - Ты женишься на ней. Может, у нее развратная душонка, но в глазах света она невинна. - Безумец замолчал на мгновение, чтобы перевести дыхание, а затем саркастически продолжил:

- Даже таким джентльменам, как вы, непозволительно портить хорошо воспитанных девушек. Не моя вина в том, что тебе удалось сговориться с ней. Ты женишься на ней, женишься немедленно! И я освобожусь от нее!