Адам старался говорить спокойно:

— Он приезжает сюда с девушкой?

Хозяин магазина посмотрел сначала удивленно, затем с подозрением.

— Да, со своей дочерью. Прелестная крошка, сколько я помню, она всегда путешествует вместе с ним.

— Наверняка вы не знаете, где они сейчас, правда?

Подозрение в глазах владельца магазина перешло в настороженность.

— Вы их приятель?

— Да, — ответил Адам просто.

Мужчина за прилавком поразмышлял немного, но что-то в лице молодого человека убедило его, что он безобиден.

Адаму обычно говорили правду, и он знал, что ему не лгут.

— В это время года они обычно останавливаются ниже по Платт-Ривер. Слышал, как в последний раз, когда они здесь были, они говорили что-то насчет Грин-Ривер.

— Грин-Ривер? — переспросил Адам. — Где это?

— Миль сорок на восток. Неблизкий путь, я вам скажу, да и надолго они не остаются на одном месте.

Адам посмотрел из окна на серый, пасмурный день.

Дождь снова полил, крупные капли падали в двухфутовые лужи, бежали по бокам его забрызганного грязью коня. Нужно взять другую лошадь, чтобы она могла скакать всю ночь.

Но даже в этом случае шансы найти их не слишком велики.

Желтые огни гостиницы через дорогу манили к себе.

Сорок миль…

Его плечи понуро опустились, когда он, отвернувшись от окна, обратился к хозяину магазина:

— Заверните-ка вместе с сыром немного содовых крекеров.

Он также купил и почтовый ящик. Он обошелся ему в два доллара, но если ему хоть чуть-чуть повезет, это окупится.

Энджел Хабер смотрела на мужчину, сидящего за столом напротив нее, с брезгливым презрением. Бедняга от отчаяния покрылся потом, а в его глазах, изучающих карты, которые он держал в руках, застыло выражение пойманного кролика. Может, она бы его даже пожалела, если бы не отвращение, переполнявшее ее. Если не умеешь играть, не садись за стол.