Ред и Джимбо пожали плечами и право решать предоставили Энджел. Ни один из них не вложил больше двух долларов в игру и не сидел за столом ради самой игры. Незнакомец действительно проиграл много денег, но Энджел покрыла большую их часть. Все фактически сводилось к спору между ними двумя.

Энджел смотрела на кричаще-яркий, аляповатый кусок металла, который неизвестный поставил на кон, и гневно поджала губы. Это было что-то вроде креста, слишком крупного, чтобы быть изящным, украшенного цветным стеклом, на тусклой черной цепочке, которая была такой толстой, что на ней можно было бы подвесить колокольчик для коровы.

Энджел нахмурилась и покачала головой:

— И что я буду делать с этим старым куском олова? У вас нет чего-нибудь другого?

— Олова? — Мужчина чуть не задохнулся от возмущения, произнося это слово, и бросил быстрый взгляд через плечо, туда, где была дверь. — Говорю вам, леди, это стоит…

— О черт, ладно, кладите его на кон. — Энджел нетерпеливо теребила карты. — Я положу деньги за вас. Что у вас есть?

Было заметно, как незнакомец поник, когда положил карты на стол.

— Три туза.

— Черт, неудивительно, что вы хотели продолжить игру, — пробормотал Ред и бросил свои карты. — Крыто.

— У меня тоже, — кивнул Джимбо, — Пара валетов.

Незнакомец был уже на пути к сумме, поставленной на кон. Пот градом катился по его лицу.

Энджел спокойно произнесла:

— Похоже, у меня тоже крыто. — Она медленно развернула карты веером на столе. — Все, что у меня есть, это пара… тузов.

Пока незнакомец сгребал то, что было поставлено на кон, быстрый, как молния, Ред ударил его по руке с такой силой, что чуть не сломал ее. В тот же миг в руке Джимбо оказался револьвер.

— Ax ты, сукин сын! — прорычал он. — Не знаю, откуда ты родом, но у нас в колоде есть только четыре туза.