— Мы росли вместе, — небрежно ответила Салли. — Ладно, не совсем вместе, он старше меня, но мы приехали из одного города.

— Тогда у меня еще больше хороших новостей для тебя, — сказал Грэг, снова откинувшись на спинку кресла, и разглядывая ее. — Но держи услышанное при себе. Думаю, все об этом знают, и все же. Журнал продан. У нас новый издатель.

Сердце Салли подпрыгнуло. Она сомневалась, хорошая ли эта новость. Переворот наверху мог означать переворот и на более низком уровне, а она любила свою работу. «Обзор событий в мире» был первоклассным изданием; она не хотела бы увидеть, как он разрушается.

— И кто новая большая шишка? — осторожно уточнила она.

— Не догадываешься?

Он выглядел удивленным.

— Рисон Бэйнс, конечно. Хотя он, кажется, собирается напоследок взять интервью у короля Сакарии. Я слышал, телесеть предложила ему вести программу, лишь бы он остался, но он отказался.

Глаза Салли стали огромными.

— Рис! — ошеломленно повторила она. — Боже мой, никогда бы не думала, что он покинет поле боя. Вы уверены? Рис любил свои репортажи больше всего на свете, — закончила она.

Сердце тревожно замерло, когда она поняла, что почти проговорилась: «Рис любил репортажи больше, чем любил меня!» Что сказал бы Грэг, выдай она такое? Она представила, как без промедления вылетает с работы.

— Насколько я понимаю, — Грэг развалился в кресле, пыхтя сигарой, и не заметив короткую заминку в ее речи, — он подписал контракт с телесетью на какое-то количество документальных фильмов в ближайшие пять лет, но заниматься репортажами больше не будет. Возможно, ему надоело.

— Надоело? — пробормотала Салли, поражаясь непостижимой идее. — Заниматься репортажами?

— Он очень долго был на вершине славы, — ответил Грэг. — И, возможно, хочет жениться и остепениться. Бог свидетель, ему достаточно лет, чтобы перестать болтаться по женщинам.