И еще. Удивительно, до какой степени взрослые не замечают ребенка, особенно - девочку. Я улизнула от гувернантки Кэт - они с леди Брайан оживленно обсуждали трудности воспитания монарших отпрысков - и бродила по зале. Визит ко двору, возможность видеть отца и великих людей - все было мне в новинку. Зачем же упускать время, цепляясь за юбку Кэт!

Я стояла у шпалеры в углу, рядом с несколькими вельможами. Собственно говоря, подошла я с намерением потянуть одного из них за рукав. И не потому, что это был епископ Кентерберийский, просто я знала: Томас Кранмер - добрейший человек при дворе и обязательно найдет для меня ласковое словечко.

С ним разговаривали двое членов Тайного совета - сэр Томас Ризли и сэр Вильям Паджет, секретарь.

Ризли был маленький, сердитый и напыщенный человечек, он постоянно переминался с ноги на ногу.

- Значит, король, наш повелитель, словно крестьянин, снова прогулялся на ярмарку! - неприятно рассмеялся он. - И привез оттуда не фландрскую клячу, не молоденькую горячую кобылку Говард, а добрую старую английскую корову.

- Отнюдь не такую старую, милорд, - вкрадчиво заметил Паджет, вертя в пальцах бокал с густым золотистым вином. - Наша королева видела лишь тридцать с небольшим зим.

- И с Божьей помощью увидит еще, - мягко добавил Кранмер.

- Да, и, поди, зим тридцать еще пройдет, покуда она произведет на свет то, что нам так нужно! - зло сказал Ризли. - Уверяю вас, земли и деньги она ему принесла еще от прошлых мужей, приданое, достойное королевы. Но вот что касается ребенка - ни разу не дала она всходов, хоть и дважды вспахана! Боюсь, король получит от своей коровы вдоволь молока, но только не телочка - золотого тельца, о котором мы все молимся, нашего языческого идола - второго принца, чтобы уже ни о чем не тревожиться!