- Я думала оградить вас от этих известий.

- Я хочу знать. Еще вздох.

- Мне известно лишь то, что сообщил утренний гонец. Мадам Екатерину, вашу кузину, казнят за измену - она оказалась непорядочной женщиной. У нее был любовник еще в девичестве, в бабкином доме, и, говорят, она завела другого уже будучи королевой - привечала его ночью в своей опочивальне и ни в чем ему не отказывала.

- И это правда?

- Ее любовники во всем сознались.

- Как в прошлый раз?

- В прошлый раз?

Кэт всполошилась. Она этого не ждала.

- "Как в прошлый раз", сказала горничная, "как наша прошлая". Я знаю, о ком она.

Кэт застыла. Ее расширенные зрачки и частое, прерывистое дыхание выдавали крайний испуг.

- Моя мать - ведь они говорили о ней. Она была такая же, как Екатерина?

Кэт словно онемела. Потом она заговорила:

- Вам известно, мадам, что вашу матушку обвинили.., обвинили в измене королю.

- Что значит "измена"?

- Говорят, она злоумышляла против супруга, против его душевного спокойствия. Будто бы она насмехалась над его мужскими способностями, дескать, в постели Его Величество не такой - не всегда такой, - как другие мужчины.

Мне показалось, что мою голову стянуло стальным канатом.

- Кэт, это измена? За это ее казнили? Лицо Кэт было бледно и печально, как зимний день.

- Королеву Анну также обвинили в распутстве, госпожа. Будто бы она завлекала придворных господ и тешила с ними свою похоть, и будто бы они миловались с ней в ее опочивальне и даже на королевской половине.

В том же виновна и Екатерина.

Продолжай.

- Кто?..

- Трое придворных. Один из них был любимый друг короля, Генри Норрис...

- И?..

- И ее музыкант, миледи, - лютнист Марк Смитон.

- И?..

- И ее брат, мадам. Ваш дядя, виконт Рочфорд.

***

Мы сидели - я и Кэт - словно два мраморных изваяния, две обращенные в камень женщины. Я узнала, что хотела.