Вина Анны была проста - она приглянулась женатому мужчине, которому опротивела жена. Некогда любящая супруга короля Генриха обернулась сущей мегерой и, чуть что, вцеплялась ему в глотку. Это она, королева Екатерина, первая окрестила свою соперницу Анну блудницей, а в придачу - французской блудницей, великой блудницей, наложницей, потаскухой, ведьмой, девкой из сатанинского борделя.

Говорят, злая жена - наказание Господне. Генрих желал освободиться - и от Екатеринина гнева, и от Божьего. Будь у Екатерины сын, хоть один, ей бы нечего было страшиться. Но из всех ее детей выжила одна дочь, жалкая принцесса Мария, хилый клочок Евиной плоти, и это грозило ввергнуть Англию обратно в кровавую пучину междуусобиц. Дни Екатерины были сочтены.

Однако и у нее были защитники.

- Королева рожала, и не раз! - горячо убеждал посол Священной Римской Империи. - У Вашего Величества есть дочь.

- Дочь! - бросил Генрих в лицо посланнику.

Однако Шапюи был не робкого десятка.

- Похоже, - говорил он, - Господь показывает нам, милорд, что английская корона будет передаваться по женской линии.

Генрих зло расхохотался.

- Вы так полагаете, почтенный посланник? А вот я - нет!

Ибо женщины не наследуют трон - это знает каждый мужчина. Женщина не способна править. Она станет орудием в руках интриганов, и те смогут вертеть ею, как захотят, кроя на куски истерзанное тело Англии.

Значит, нужен сын!

И поскорее, Господи ты Боже, по-ско-ре-е!

Все свалилось на голову Генриху в один день, когда фаворитка Анна Болейн тронула его за рукав и шепотом сообщила, что беременна. Этого Генрих ждал, об этом молился. Может быть, слишком долго, по крайней мере, для Анны.