— У меня было с чего начать, У меня были отцовские деньги, и кое-что свое, и образование, и так далее и тому подобное. А у Кейда ничего.

— Ну, не надо так о нем, — сказала она сухо.

— Черт побери, он снова разобьет тебе сердце. Он женат?

— Нет, он не разобьет мне сердце и нет, он не женат. Я буду осторожна.

— Ну, конечно. А потом мы будем склеивать осколки. Кэтрин, он приехал за тобой.

— Ничего подобного. Он просто считает, что я хорошо делаю росписи.

— Если я понадоблюсь, звони в любое время.

— Ты так говоришь, словно я того и гляди окажусь в опасности.

— Просто я помню, через что тебе пришлось пройти.

— Ну, пока. — Кэтрин закончила разговор и позвонила Мэтту, чтоб рассказать все ему и услышать, как он переходит от ярости к изумлению, когда речь зашла о цене. Мэтт сказал, что он и Ник сами сообщат новости отцу. Она помнила, что отец недолюбливал Кейда, и решила, что, может быть, так будет лучше.

Прозвенел входной звонок, и Кэтрин поспешила к дверям. В вязаной рубашке с короткими рукавами и черных брюках Кейд был красив как обычно, только теперь дырочки в рубашке позволяли различить мощные плечи и налитые бицепсы, от которых ее тут же бросило в жар.

Усиливая ее смущение, он медленно окинул Кэтрин оценивающим взглядом.

— Доброе утро, — произнес он, и легкая хрипотца в его голосе заставила ее кровь еще быстрее бежать по жилам, — как ты спала, хорошо?

— Замечательно, — согласилась она.

— Ты прекрасно выглядишь. Но следовало одеться попроще, да и волосы можно распустить, — сказал он, прикасаясь к тщательно уложенным прядям.

— Благодарю. Ты теперь мой клиент, так что это деловая поездка и поэтому я выбрала соответствующий костюм, — ответила она. — Мне нужно еще запереть дверь и включить охранную систему.

Он протянул руку поверх ее головы, упершись в притолоку, и наклонился ближе.