— У меня пока нет климакса, генерал, и я вполне нормальная женщина, — сказала она, глядя ему в глаза, — не нужно говорить о моем возрасте.

— Даже слишком нормальная, — пробормотал чуть покрасневший генерал, — извините меня. Я, кажется, неточно выразился. — Помолчав немного, он спросил: — У вас есть друг? В ваших документах написано, что вы не замужем, но у вас есть сын.

— Друг есть. Мужа нет. Хотя полагаю, что и мой друг будет очень недоволен, если я попытаюсь объяснить ему детали нашей операции.

— Мне трудно понять, когда вы говорите серьезно, а когда шутите, — признался генерал, — но теперь вы все знаете. Конечно, вы по большому счету вправе отказаться, но мы не успеем в нужные сроки найти сколько-нибудь подходящую кандидатуру. Вы наш уникальный шанс, единственная возможность. Наши аналитики уже разработали несколько вариантов… и мы надеемся, что вы не откажетесь, полковник Чернышева.

— У меня есть право выбора?

— Думаю, теперь это очень сложно. После того, как я показал вам фотографию… Согласитесь, я не могу всем рассказывать о столь секретной операции ради приятной беседы, даже если собеседник — полковник разведки, — добавил он, заметив злой огонек в ее темных глазах.

— Хорошо, — кивнула Чернышева, — я постараюсь доказать, что умею работать, а не просто вести приятную беседу. Или у вас в запасе есть еще какие-нибудь соображения?

Генерал развел руками:

— Я могу только радоваться, что мы будем сотрудничать с таким опытным специалистом… И красивой женщиной, — поспешно добавил он, негодуя на себя за замедленную реакцию.

Глава 2

Он помнил этот день во всех подробностях. И хотя прошло много лет, события именно этого дня каким-то непостижимым образом отложились в его памяти. Все началось утром, с перешептывания родителей, когда отец довольно раздраженно советовал матери заткнуться и не лезть в его дела. Затем снова горячий шепот матери, доносившийся из спальни. И громкий крик отца: