– Ну ладно, – сказал он, когда она немного успокоилась. – Давай займемся лошадьми. Можешь взять сегодня Храброго Воина. Не помню, говорил я тебе, что Гленн подумывает о том, чтобы продать его? Я твержу ему, что жеребец – прирожденный чемпион, а он, и слушать не хочет.

Жеребец по кличке Храбрый Воин имел дурную привычку кусать других лошадей. Он не отличался злобным характером, но привычка его явно всех бесила. Заняв место в первых рядах на старте, он частенько вытягивал морду и кусал рядом стоящую лошадь. Он напоминал большого ребенка, которому никак не удается повзрослеть. Отец и Ринна подумывали использовать специальный мундштук, который не позволял бы жеребцу кусаться.

– Зачем же его продавать, – заметила Ринна, заставляя себя переключиться на предстоящую тренировку. – Ты сказал Гленну о мундштуке?

– Нет, хочу сначала сам его попробовать. Между прочим, ты слышала о пожаре в Лэйкленде?

Пожар – беда для всех, кто связан с лошадьми. Когда в конюшне находятся сотни ценнейших животных, в первую очередь стараются спасти от пожара их. Но, несмотря на все предосторожности, иногда случаются настоящие трагедии.

– Думаю, нам повезло, что мы не отправили Воина, – сказала Ринна.

– Славу Богу. Какой ужас, подумать страшно об этой трагедии.

Отец вылил остатки своего кофе в раковину.

– Ринна, ты, кажется, очень расстроилась из-за вчерашнего вечера.

– Да, – произнесла она, отворачиваясь, чтобы скрыть от него слезы.

– Голубушка, одна ошибка – еще не конец света. Подумаешь, ну, перебрала слегка. На ошибках учатся, чтобы не повторять их.

Следующие три месяца эти слова придавали Ринне сил. Она вновь и вновь повторяла их, заметив, что стала часто уставать, затем у нее начались приступы тошноты, причиной которых она считала, являлся затянувшийся желудочный грипп. Ринна отметала мысль о беременности – ведь она была с мужчиной один-единственный раз. Врач подтвердил ей эту вероятность, множеством примеров, удивляясь, что она отказывается ему верить.