– А когда мы решили, что Дженнифер нужна учительница? – через некоторое время спросил Трэвис. – Кажется, у нее лишь небольшая задержка в развитии.

Всем этот вопрос показался пустяковым замечанием, но Ринна ощутила в тоне, которым он был задан, скрытую враждебность. Его слова прозвучали холодно и резко. Удивившись произошедшей в Трэвисе перемене, она взглянула на него. Лицо его будто было вырублено из камня.

– Мы решили это в конце учебного года, – обратился к нему Джонатан. – На последнем родительском собрании Ринна посоветовала найти Дженнифер учителя на лето. Нам повезло, что она оказалась свободна и смогла сама взяться за дело.

– Да, нам очень повезло, – тихо заметил Трэвис.

– Да мы же говорили тебе об этом, – продолжал Джонатан. – Когда ты закончил регистрацию Принслека, помнишь?

Принслеком звали жеребца, которого владельцы «Мартин Оукс» в этом году официально зарегистрировали как элитного производителя. Хотя этот конь и не выиграл приз «Трипл Краун» для трехлеток, уступив всего полкорпуса, на четвертом году жизни он становился победителем множества скачек с крупными призами. Ринна по газетам внимательно следила за результатами сделки по регистрации, которая принесла владельцам скакуна несколько миллионов долларов, и пресса не скрывала, что это спасло «Мартин Оукс» от финансового краха. В отличие от других ферм «Оукс» представляла собой частную компанию и полностью зависела от доходов, получаемых на скачках. Пожар в Лэйкленде, в котором погибло большинство чистокровных лошадей, подкосил их.

– Вероятно, ты был очень занят и забыл, – заметил Джонатан. – Но Дженни делает поразительные успехи.