Когда она наконец открыла глаза, гамак не исчез вместе со сновидением, он продолжал раскачиваться. Но только вместо зеленых ветвей над головой был низкий дощатый потолок. Как странно, подумалось ей, кто-то построил навес над гамаком. Зачем?

— Ну, наконец-то! Я говорила этим болванам, что они дали вам слишком много опиума. Удивительно, что вы вообще очнулись. У мужчин соображения не больше, чем у грудных младенцев. Вот, я сварила вам кофе. Горячий и крепкий. Выпейте-ка.

Сильная женская рука помогла ей подняться. Николь села и огляделась по сторонам. Она была вовсе не в саду, а в тесной комнатушке, почти без мебели. Но гамак все еще качался, наверное, снотворное продолжало действовать.

— Где мы? Кто вы? — глотнув крепкого обжигающего кофе, наконец смогла выговорить она.

— Все еще как пьяная, да? Меня зовут Дженни. Мистер Армстронг нанял меня заботиться о вас.

Николь быстро подняла глаза. Имя Армстронга что-то ей говорило, только она никак не могла вспомнить, что именно, и сосредоточила внимание на стоящей перед ней женщине.

Дженни была крупной и крепкой, с широким лицом и ярким румянцем, который, казалось, никогда не сходил с ее щек. "Она напомнила Николь няню, которую девушка очень любила. Весь облик Дженни говорил о присущих ей уверенности и здравом смысле, что вселяло ощущение спокойствия и надежности.

— А кто такой мистер Армстронг?

Дженни взяла пустую чашку и наполнила ее кофе.

— Конечно, они перестарались с этим порошком… Армстронг. Клейтон Армстронг. Человек, за которого вы выходите замуж, ваш жених.

Николь заморгала, потом выпила еще кофе, налитого из кофейника, стоящего на маленькой жаровне, и постепенно все вспомнила.

— Боюсь, что произошла ошибка. Я не Бианка Мейлсон, и я не помолвлена с мистером Армстронгом.