— Какая роскошь! Кто бы мог подумать, что можно путешествовать с такими удобствами!

Дженни зарумянилась от удовольствия и улыбнулась. Она с ужасом представляла себе долгий путь наедине с чопорной английской леди и всегда считала англичан надутыми снобами и монархистами. Но Николь — это совсем другое дело. Она француженка, а все французы в глубине души революционеры.

— Боюсь, нам придется обходиться морской водой, и, конечно, она не скоро согреется на такой маленькой жаровне, но ничего не поделаешь. Все лучше, чем обтираться губкой.

Несколько часов спустя Николь, чистая, сытая, уставшая, лежала на узкой койке. Потребовалось немало времени, чтобы нагреть воду для двух ванн, и женщины еще немного поспорили, кому купаться первой. Николь настояла на том, что, раз она не невеста Армстронга, Дженни вовсе не обязана вести себя как ее горничная — они могут быть только друзьями. Потом Николь постирала свое платье и повесила его сушить. Теперь мягкое покачивание корабля приятно убаюкивало ее, навевая сладкий сон.

На следующий день рано утром Дженни, заколов волосы в маленький узел на затылке, занялась Николь и сделала ей модную прическу. Потом извлекла откуда-то утюг и отгладила просохшее платье, а Николь, рассмеявшись, заметила, что мистер Армстронг предусмотрел решительно все.

Вдруг дверь распахнулась, и на пороге показался один из похитителей.

— Капитан желает вас видеть. Прямо сейчас.

Первой мыслью Николь было, что капитан передумал и решил вернуться в Англию. Сопровождаемая Дженни, она радостно поспешила за матросом. Но тот велел Дженни вернуться в каюту.

— Вы ему не нужны. Только она.

Дженни пыталась протестовать, но Николь остановила ее, заверив, что с ней ничего плохого не случится.