Андреа с грустью подумала, что у неё не найдётся нужных слов, чтобы объяснить Минди, насколько незавидна её судьба, — сейчас, когда она стояла с таким надменным видом, непоколебимо уверенная в том, что станет следующей миссис Корбин Доанес. Черт возьми, может, Минди даже заслуживает того, чтобы носить этот титул. Наказание должно соответствовать преступлению.

Покровительственное выражение постепенно сошло с лица Корбина.

— Подумай об этом получше, Энди. Ты потеряешь власть, блеск, богатство. Потеряешь меня.

Андреа набрала в лёгкие воздуха.

— Мне более всего дороги первые месяцы нашей женитьбы, когда ты был всецело мой, Корбин. Пока не поползли всякие слухи, пока не начались объяснения и оправдания с твоей стороны.

— Мы заслуживаем ещё одного шанса. Прими моё предложение.

— Нет! Я уверена, что браки предназначаются для двоих, а не для троих или большего количества людей.

— Не могу поверить, что после столь долгого времени, проведённого под моим покровительством, ты продолжаешь мыслить так узко. — Он приподнял загорелые плечи под прозрачной рубашкой. — Это совсем неплохое предложение.

— В самом деле?

— Подумай об альтернативе. Ты окажешься без средств, с испорченной репутацией.

— Ты не посмеешь зайти так далеко!

— О, я непременно это сделаю! Ты скоро увидишь.

Лицо его исказила гримаса, явно подтверждая сказанное. Сердце Андреа заколотилось с такой силой, что казалось, сейчас разорвётся. Споткнувшись, она рванулась к выходу. Корбин в последний раз задержал её.

— Не вынуждай меня причинять тебе боль.

— Ах, пусть она уходит, любимый! — выкрикнула Минди.

Распахнув дверь, Андреа выскочила во двор.

Корбин стоял в проёме двери, глядя на Андреа, сбегающую по ступенькам к подъездной дорожке.

— Ты меня этим не возьмёшь.

Она остановилась у своего «корвета», взялась дрожащей рукой за ручку.

— Будем считать, что дело сделано.