— Конечно, милорд, — сказала она и продолжала глядеть на него не моргая. — В следующую пятницу в два часа я буду рада провести вас по приюту и представить некоторых учеников.

А про себя подумала: «Отъявленный блудник! Уверена, не один твой внебрачный ребенок живет в этих стенах».

— Сегодня мне было бы удобнее, миссис Грэхэм, — легкая улыбка тронула губы Париса, он старался не выдать своего раздражения.

Миссис Грэхэм свела брови и сжала губы, будто попробовала недозрелую хурму.

— Но это невозможно, милорд!

Парис вскинул брови

— Невозможно? — повторил он за ней тихим шелковым голосом — Такого слова я не знаю, миссис Грэхэм

Глаза его опасно прищурились

Она упорствовала, продолжая объяснять

— Позвольте быть с вами откровенной, милорд. Такие визиты тревожат детей, они нарушают расписание уроков. И для подготовки их к встрече с вами нужно время

Теперь в его голосе шелка не было, он стал хриплым Казалось, это скрежещет лезвие ножа по металлу

— Позвольте и мне быть откровенным с вами, миссис Грэхэм Вы немедленно приводите ко мне девочку Лямонт, или я перестаю присылать деньги

Миссис Грэхэм с силой втянула воздух, так что ноздри слиплись от негодования Поняв, что придется подчиниться приказу Кокберна, она молча повернулась и вышла Черные юбки протестующе шуршали при каждом шаге

Известный своей нетерпеливостью Разбойник Кокберн мерил шагами холл Пожалуй, он даже удивился безрассудству женщины, пытавшейся ему перечить Обычно особы ее пола себе такого не позволяли Конечно, он давно и хорошо знал они способны на всякие хитрости и уловки, чтобы крутить мужчиной и морочить ему голову. Но миссис Грэхэм отнюдь не собиралась опускаться до подобных трюков

Вскоре она вернулась с девочкой, которая, едва увидев его, испуганно попятилась Парис окинул ее цепким взглядом, стараясь ничего не упустить Правда, он почти не видел ее лица — так низко она наклонила голову Парис заметил узкие запястья и стройные лодыжки, не прикрытые отвратительным платьем с чужого плеча. Одежда девочки была свободной и бесформенной, но опытный глаз Кокберна остановился на юной груди, слегка вздымающей тонкую ткань.