– Десять тысяч? – он презрительно скривился. – Я вам сто тысяч заплачу, только найдите Ирину.

– Что ж, на том и порешим, – быстро закрыла я тему, боясь, как бы клиент не опомнился и не взял свои слова обратно. – Мы вам Ирину, вы нам – сто тысяч долларов с любой формой оплаты. Тысячу наличными вперед.

Он полез в портмоне, отсчитал десять новеньких бумажек по сто долларов каждая и положил передо мной на стол.

– Договор будем составлять? – я сгребла деньги в ящик стола. – Или сразу перейдем к делу?

– К делу. Мне все время кажется, что жена очень страдает, каждая минута сейчас кажется ей мучительной вечностью, и мы можем опоздать.

– Да, и еще одну деталь я хотела бы уточнить: если мы найдем не саму Ирину, а… как бы вам помягче сказать… – я замялась, пряча глаза. – Одним словом, если она будет мертва, то мы возьмем лишь половину суммы.

– Не говорите так, – тихо произнес он, опуская голову. – Я этого не переживу.

– Извините, но такова жестокая действительность. Сейчас вы назовете мне все остальные детали, фамилии, адреса и телефоны, и мы займемся поисками.

– Пожалуйста, поспешите. Иначе моя смерть будет на вашей совести.

Через полчаса, продиктовав мне всю нужную информацию, которую я смогла из него выжать, Алексей сел в свою красивую и дорогую машину и уехал. Он был ужасно расстроен, у него пропала любимая жена, рушилась вся жизнь, а те, к кому он обратился за помощью, едва не переломали ему все пальцы – было от чего потерять душевное равновесие.

Разложив перед собой только что исписанные бумаги, я начала внимательно их изучать, пытаясь выискать хоть какую-то ниточку, дернув за которую можно было распутать клубок таинственного исчезновения Ирины Ировой, в девичестве Свешниковой. Собственно, рассказал мне Алексей не так уж и много. Познакомились они пять лет назад, когда Ирина только заканчивала Геологоразведочную академию и не знала куда податься с полученной и совершенно не нужной ей профессией.