До цели оставалось сто пятьдесят километров, когда бортовой компьютер передал в нейросеть Ральфа сигнал высшего приоритета от Роше Скарка.

– У нас намечается проблема, – без предисловий начал директор королевского разведывательного агентства. – У гражданского самолета, летящего из Пасто в Атерстон, проблемы с электроникой, постоянные, но несерьезные. Хочу подключить тебя к совбезу Тайного совета как консультанта.

– Слушаюсь, сэр, – откликнулся Ральф.

Канал передачи расширился до кодированного полночувствия. Ральфу казалось, что он сидит за овальным столом в белом пузыре, стены которого находились в неопределенной дали.

Во главе стола восседал адмирал Фарквар, а рядом с ним – Роше Скарк и Янникс Дермот. Остальных троих опознала нейросеть Ральфа. Рядом с директором ИСА сидела коммандер Дебора Анвин, глава сети стратегической обороны Омбея, за ней – Райл Торн, министр внутренних дел планеты Омбей. Сам Ральф оказался зажат между Скарком и Леонардом Девиллем.

– Самолет в семи минутах от Атерстона, – заметила Дебора Анвин. – Надо решаться.

– Нынешнее состояние на борту? – спросил Ральф.

– В рамках карантинных мер пилот получил от диспетчера приказ повернуть в Пасто. Тогда и начались проблемы. Он заявляет, что обратный полет подвергает опасности его пассажиров. Если поломки происходят на самом деле, так и есть.

– Едва ли мы можем расстреливать с платформ СО всякий самолет с глючным процессором, – бросил Райл Торн.

– Напротив, сэр, – возразил Ральф. – В нынешней ситуации приходится пользоваться презумпцией виновности. Позволить этому самолету приземляться в столице нельзя ни при каких условиях. Не сейчас.

– Если он вернется в Ксингу, погибнуть могут все пассажиры, – запротестовал министр. – Самолет просто рухнет в океан.