— Как вы самонадеянны, мистер Флетчер, — раздраженно перебила его Патриция. — Неужели вы считаете, что я или любой другой профессионал…

— Это неосознанно, мисс Лейн, — опять ответил он загадкой на незаданный вопрос. — Но я понимаю честолюбивых людей и, кроме того, считаю, что каждый спортсмен должен обладать развитым честолюбием. Мало того, я думаю, что для успеха в своей профессии спортсмен должен позволить себе удовлетворить свое честолюбие. Ведь победа на соревнованиях и есть удовлетворение честолюбия в спорте. Но победа одного неизбежно означает, что остальные должны проиграть, а значит, будут в каком-то смысле им унижены. А некоторым людям неприятно унижать других.

— И вы, естественно, считаете, что я принадлежу к этим людям, — нетерпеливо договорила Патриция. Она уже увидела свою машину и не могла дождаться момента, когда наконец сядет в нее и расстанется с этим надменным типом.

— Я могу вам сказать, что я считаю, — сказал Рональд Флетчер, взяв ее за руку и готовясь перейти дорогу. — Я считаю, что вы — непревзойденный мастер свинга среди женщин-профессионалов, играющих в гольф. Это во-первых. Во-вторых, я считаю, что вы — самая умная из них. Однако, — он повернулся к ней и окинул ее взглядом, — я считаю, что вам не повредит что-то вроде психотренинга. Вам нужно научиться побеждать на ментальном уровне, потому что на уровне физическом вы умеете это делать не хуже других.

— Большое спасибо за совет, мистер Флетчер. Вот моя машина, — сказала Патриция с облегчением. Она уже с трудом могла сдерживаться.

— Тогда давайте договоримся, — ответил Флетчер, которого, казалось, нисколько не смущал ее раздраженный тон. — Когда мне ждать вас в Дьюфорде? Я хочу, чтобы вы осмотрели место.

— Вы же знаете, что я буду занята на соревнованиях, — устало проговорила Патриция. — Возможно, когда сезон закончится. Я думаю, где-нибудь в сентябре… Но я уверена, что к этому времени вы найдете гораздо более достойную кандидатуру.