У девочки была не только удивительная сила удара, но и прекрасная способность к концентрации, а также природная склонность к аккуратности и точности. Даже дурачась с подругой, она ловила на лету советы и моментально училась, глядя на других, так что к концу каждого раунда ее мастерство увеличивалось. Кроме того, Патриция могла не только повторять то, что ей показывали, но и доходить до многого сама, обладая от природы развитым умом и интуицией.

К концу лета по клубу уже ходили слухи о девочке-вундеркинде. Патриции было только четырнадцать лет и в ней было чуть больше полутора метров росту и около сорока килограммов веса. Но у нее была спортивная фигура и ритмичная походка, и когда она шла, высоко подняв голову, она уже была похожа на маленького чемпиона. Мастерство ее игры росло так быстро, что заставляло удивляться самых бывалых игроков.

Конечно, Патриция была еще слишком мала и не могла относиться к гольфу серьезно — он был для нее только детской забавой. Но Карл Миллер умел ждать. Он поощрял ее успехи кока-колой и мороженым, позволял ей дурачиться с Элли и не слишком нагружал тренировками.

Незаметно гольф стал неотъемлемой частью жизни юной Патриции Лейн. Но она все еще не задумывалась об этом, хотя тренировки продолжались всю зиму и занимали большую часть ее дня. Скоро девочка с удивлением обнаружила, что ей не стало хватать времени на учебу.

Часто Патриция приходила домой позже матери и видела, как Элизабет учит Энни шить или делает с ней уроки. С одной стороны Патриция была рада тому, что у матери такие хорошие отношения с сестренкой, и что она сама имеет теперь возможность заниматься своими делами, но с другой стороны у нее появилось что-то вроде зависти к их близости. Она начинала чувствовать себя лишней и не очень нужной в своей семье. Патриция понимала, что становится взрослой и скоро покинет этот дом и единственных родных ей людей, а от этого ей было грустно.