— Спроси, сколько стоит эта жемчужина, — сказал он.

     Продавщица, узнавшая Талай, хотела просто подарить ей жемчуг и только после долгих уговоров назвала какую-то смехотворную цену. Джейс заплатил за него гораздо больше. Ну конечно, спохватилась Талай, он разбирается в жемчуге и знает, сколько может стоить такая жемчужина.

     — Либо эти люди неприлично наивны, либо невероятно щедры, — сказал он.

     Талай напряглась: он начал что-то подозревать.

     — Разве в Австралии щедрость считается преступлением? — парировала она.

     Джейс проигнорировал ее слова и, оглядевшись, сказал:

     — Ни одно из зданий не возвышается над деревьями.

     Она с радостью переменила тему:

     — Так и задумано.

     — На что они живут? Как их дети получают образование?

     — Здесь неподалеку есть ферма, где разводят ядовитых змей. Их выращивают специально, чтобы получить яд, из которого потом вырабатывают противоядие, — объяснила она. — А женщины ткут шелк. Несмотря на то, что выглядит эта деревня довольно удручающе, люди, живущие здесь, счастливы и здоровы. Джейс прищурился.

     — Проще говоря: руки прочь. Я понял. Где здесь можно пообедать?

     Талай занервничала еще больше. В местных кафе люди почтут за честь накормить ее обедом, но их обходительность заставит Джейса заподозрить, что она не просто дама-благотворительница.

     — Мне казалось, ты ждешь не дождешься, чтобы отвезти меня домой, — напомнила она.

     — Ты хорошо себя вела, так что заслужила обед. Мне нравится вон то кафе, пойдем. — И Джейс решительно направился к крохотному ресторанчику на углу.

     Талай побледнела. Она бы ни за что не выбрала это кафе, потому что там ее хорошо знали. Там подавали маринованных лобстеров в раковине, которых так любил ее дядя, заезжавший сюда на обед каждый раз, когда посещал провинцию.