Бедвин смотрел на нее с непроницаемым выражением лица.

– Я принес вам дурные вести, – сказал он. – Не хотите ли, чтобы я позвал кого-нибудь из домашних?

– Перси? – еле слышно произнесла Ева. У нее промелькнула мысль, что легко представить, как этот человек владеет холодным блестящим куском стали, что висит у него на боку. – Но война закончилась. Наполеон разбит. Он сдался!

– Капитан Персиваль Моррис пал в битве при Тулузе на юге Франции десятого апреля, – сказал он. – Он умер героем, мадам. Я глубоко сожалею, что вынужден причинить вам боль.

Перси! Ее единственный брат, единственный родной человек, которого она боготворила в детстве, обожала в юности, когда он был беспокойным бунтарем, вечно не в ладах с отцом, брат, которого она преданно любила все годы после его отъезда. Неожиданно получив наследство от своего дяди по матери, он купил офицерский патент в кавалерийском полку. Брат платил ей щедрой любовью. Всего лишь две недели назад она получила от него письмо из Франции.

«Капитан Моррис пал в бою…»

– Вам лучше присесть. – Полковник подошел ближе. Он возвышался над ней, огромный, темный и страшный. – Вы очень бледны. Могу я позвать кого-нибудь, мадам?

– Он умер? – Уже почти месяц как Перси мертв, а она и не знала. У нее не было даже предчувствия несчастья.

Он был мертв две недели назад, когда она читала его письмо. Уже больше двух недель назад Джеймс принес известие о победе, и она почувствовала тогда такое облегчение.

– Он страдал? – Что за глупый вопрос она задает!

– Думаю, нет, мадам, – ответил полковник. Он не отходил от нее, и она чувствовала, что задыхается, ей не хватало пространства и воздуха. Как, должно быть, ужасен этот человек сидя на коне, с саблей в руке. – Часто умирающие находятся в шоковом состоянии и не чувствуют боли от ран. Надеюсь, так было и с капитаном Моррисом. Было незаметно, чтобы он страдал от боли, он об этом не говорил.