– Вот как? – надменно воскликнула Фрея. – И вы видите этого джентльмена? Если нет, предлагаю вам тихонько закрыть за собой дверь и дать мне и остальным постояльцам данного заведения лечь спать.

– Прошу меня простить, мэм, – настойчиво проговорил джентльмен, взглянув сначала на закрытое окно, потом на кровать и на шкаф, – но мне бы хотелось обыскать комнату. Для вашего же блага, мэм. Этот мужчина – преступник, и его присутствие в комнате леди небезопасно.

– Обыскать мою комнату?! – Фрея набрала в себя побольше воздуха и, надменно вскинув голову, отчего ее длинный, слегка крючковатый нос – фамильная черта всех представителей рода Бедвин – поднялся вверх, уставилась, на него таким холодным взглядом, что джентльмен наконец-то соизволил взглянуть на нее и, похоже, в первый раз ее увидел. – Обыскать мою комнату?! – Она перевела взгляд на молчавшего до сих пор хозяина постоялого двора, поспешно спрятавшегося за ореол пламени свечи. – Таково ваше гостеприимство, которым вы на все лады хвастались, когда я приехала? Хорошо же, моему брату, герцогу Бьюкаслу, будет крайне интересно узнать, что вы позволяете своим постояльцам – если, конечно, этот джентльмен ваш постоялец – посреди ночи барабанить кулаками в дверь комнаты его сестры и врываться к ней, не дожидаясь приглашения войти, только потому, что ему кажется, будто сюда забежал какой-то мужчина. И стоите, словно воды в рот набрав, не возразив ни словом, когда он делает наглое и нелепое заявление, что собирается обыскать мою комнату!

– Очевидно, вы ошиблись, сэр, – проговорил хозяин постоялого двора, уже почти спрятавшись за дверью, однако выставив руку со свечой так, чтобы она освещала комнату. – Должно быть, он побежал в другую сторону или спрятался в какой-то другой комнате. Прошу прощения, мэм… то есть миледи. Я допустил это лишь потому, что опасался за вашу безопасность, миледи, ведь герцог потребовал, чтобы я при необходимости защитил вас от преступников.