Да он вообще в полном маразме! Маму родную не признает. И жену тоже, если не в собственной квартире, а на улице ее встретит. Сами подумайте, хотя думать вы, по-моему, не умеете, какой нормальный человек потащится по темной лестнице с ковром, да еще без перспективы подняться с ним вверх на лифте. Хотя, — я мысленно фыркнула, — некоторые еще более сумасшедшие шкафы в темноте таскают.

— Дался вам этот шкаф.

Я со злорадством отметила, что мои выпады достают его все сильнее и сильнее. И тут он меня ошарашил совершенно неожиданным вопросом:

— У вас что, нижнее белье по квартире разбросано? Клятвенно обещаю не смотреть.

Я удивилась:

— Какое белье? — Вроде, когда уходила утром, в квартире был полный порядок.

— Ну почему-то же вы не хотите меня пускать.

От злости, которую во мне вызывал этот тип, мне наконец удалось справиться с замком.

— Проходите и посмотрите: никакого белья!

— Верю на слово. Давайте я вас лучше занесу.

Во мне заговорила гордость.

— Сама уж как-нибудь по стеночке. Он подхватил меня под руку.

— Давайте тогда вместе по стеночке.

С его помощью я доковыляла до дивана и, скинув пальто и сапоги, смогла наконец вытянуться. Стало чуть легче. Правда, нога все равно адски болела.

— Пойду вниз. Вдруг там уже «скорая» прибыла.

— Сперва принесите мне телефон из кухни.

— У вас же мобильник, — разглядел он торчащую из сумки трубку. — А-а, понимаю, дома экономите.

— Он разрядился. Кстати, дайте мне зарядник.

— Откуда я знаю, где у вас зарядник?

Я тоже совершенно этого не помнила. Он мог оказаться где угодно.

— Поглядите на столе. Или на стенке…

— Вы что, издеваетесь? Делать мне больше нечего. — Он сбегал на кухню и приволок трубку радиотелефона. — Вот вам пока. А с остальным потом разберемся. Мне срочно вниз сбегать надо. Не то эти уроды окончательно шкаф разнесут.