– Выходи, дорогая, – сказал он, остановившись примерно через час в нескольких шагах от скалистого обрыва и открывая для нее дверцу машины. В руке с перекинутым через нее пледом он держал корзинку для пикников. – Сделаем небольшой привал.

– Здесь? – спросила Стелла, оглядывая крохотную каменистую площадку.

– Доверься мне, – улыбнулся Карлос, и она улыбнулась в ответ.

Перилами лестницы, вырубленной в почти отвесной стене, служила ветхая веревка. Для юной Стеллы это была самая опасная прогулка в жизни. И когда она наконец оказалась у подножия скалы, ноги ее дрожали. Бросив на белый песок плед и поставив корзинку, Карлос обнял ее и спросил:

– Ну как?

Все еще не придя в себя от пережитого страха, Стелла оглянулась вокруг – небольшой пляж в виде подковы полого спускался к сверкающему синему морю – и подняла глаза на усмехающегося Карлоса.

– Замечательно!

Искупавшись, они отдали должное холодному мясу, цыпленку, салату и свежему хлебу с хрустящей корочкой, запив все это шампанским.

– Ты меня балуешь. – Счастливо вздохнув, она уютно устроилась на расстеленном пледе.

Опершись на локоть, Карлос окинул ее изучающим, немного насмешливым взглядом – и внезапно воздух вокруг них словно наполнился электричеством.

– Все это ничто по сравнению с тем, что мне хочется для тебя сделать, – пробормотал Карлос, осторожно проводя указательным пальцем по контуру ее рта. – Для твоих губ. – Палец, двинувшись ниже, к шее, задержался ненадолго на бешено бьющейся жилке. – Для твоей стройной шейки. – Движение продолжилось далее, к ложбинке между грудей. – Для твоей роскошной груди. – Голос его зазвучал глуше.

Прикосновения Карлоса обжигали кожу, каждое нервное окончание словно жило своей собственной жизнью. Сцепив пальцы рук на его шее, Стелла ощутила шелковистость его волос. Встав над ней на колени, Карлос наклонился и осторожно провел кончиком языка по ее губам. А когда они приоткрылись, проник им во влажную, горячую глубину рта. Тело ее содрогнулось от прошедшего сквозь него тока возбуждения, все нарастающего и нарастающего по мере того, как губы Карлоса двигались путем, которым только что прошел палец.