Где же он? Ее взгляд скользнул по просторным зеленым пастбищам за венецианским окном и вернулся к массивным дубовым входным дверям. В телефонном разговоре Колт всячески подчеркивал свою нужду в няне. Но если ситуация такова, то почему он не встретил ее у дверей?

Почувствовав покалывания в пальцах, Кэти наклонилась, чтобы помассировать ногу, но тут дверь распахнулась, и на пороге показался раздраженный ковбой с кричащим младенцем. Молодая женщина резко выпрямилась, судорога в ноге была немедленно забыта.

Небритый и взъерошенный, Колт выглядел еще более великолепно, чем она помнила.

Широкоплечий, с узкими бедрами, он был одет в красную ковбойскую рубашку, которая подчеркивала его загар. Выцветшие джинсы облегали его длинные, крепкие ноги. На глаза спадали темно-каштановые волосы, явно нуждавшиеся в стрижке.

— Вы Кэти Уинслоу? — спросил он, стараясь перекричать малыша.

Значит, он ее не помнил. Что ж, это хорошо! Если бы у него возникло хоть смутное воспоминание, что когда-то она воображала себя влюбленной в него, он не стал бы с ней разговаривать.

— Да, — она изо всех сил старалась выдержать его взгляд.

— Позвольте взглянуть на ваши рекомендации.

Взмолившись про себя, чтобы он не заметил, как трясутся ее руки, Кэти подала ему бумаги и очень удивилась, когда он передал ей ребенка. Пока он изучал ее резюме, она присела на ступеньку и, прижав малыша к плечу, стала легонько похлопывать его по спинке. Через несколько секунд он громко срыгнул, испустил прерывистый вздох облегчения, и его головка устало и доверчиво легла на ее плечо.

Колт с изумлением посмотрел на них:

— Вы наняты.

— Что?

Он кивнул на ребенка:

— Он перестал плакать. Этого для меня достаточно. Вы наняты. Можете приступить прямо сейчас?