— Да, Куки, бумаги действительно оформлены по всем правилам. Я позвоню Джейсу Бристоу. Он наверняка по бумагам отыщет мать.
Джейс Бристоу, адвокат Колта, был не только блестящим специалистом, но и преданным другом. Если кто-то и способен найти мать младенца, так это Джейс. Колт вздохнул с облегчением. Однако Куки выглядел озабоченным.
— А что мы будем с ним делать до этого? Колт присел на корточки, рассматривая ребенка. С бутылочкой во рту маленький крикун выглядел вполне мирно.
Темные волосики украшали круглое личико с кнопочкой носа, а пара больших карих глаз внимательно следила за каждым движением Колта. Кто-то нарядил его в голубые ползунки, мягкую красную распашонку и свободную хлопчатобумажную шапочку.
Кто ты, малыш? И откуда взялся? Эти вопросы задавал себе Колт, поглаживая пухлую бархатную ручку. Эван тут же ухватился за палец Колта. Застигнутый врасплох непонятным чувством, Колт осторожно высвободил руку и выпрямился. Он был ответственным мужчиной, порядочным человеком, но не годился в папаши. Он на сто процентов был уверен, что не может иметь отношения ни к одному младенцу на свете.
— Мне нужно заниматься ранчо. Ты будешь присматривать за ним.
— Я не нанимался присматривать за младенцами, — запротестовал Куки. — Мне, конечно, жаль парнишку, но, если ты попытаешься превратить меня в кормилицу, я уволюсь!
— Брось, Куки, ты двадцать лет отслужил в военно-морском флоте, а там могут все.
— На флоте нет младенцев. А у меня и так полно уборки, чистки, готовки. Так что я не буду этим заниматься. Лучше найми няньку.
С дивана вдруг донесся неприятный запах. Колт повел носом и непонимающе взглянул на покрасневшее от напряжения личико младенца. Куки спешно ретировался на кухню. Растерявшийся Колт понял, что с этого момента его жизнь уже никогда не будет прежней…
— Вот так, — устало закончил свой рассказ Колт, наблюдая, как нанятая им няня укачивает малыша. — Это все, что мне известно о матери Эвана. Беда в том, что я не знаю, что делать, и ребенок это чувствует. Он все время плачет. И совсем не спит. Я думаю, он меня ненавидит.