И теперь она не испытывала никакого желания возвращаться к прошлому.

— Вздор.

— Вздор? — повторила Эйлин, смеясь.

Мэгги повела носом.

— Я прошу тебя лишь об одном: помочь Рику всего в течение двух недель. Его секретарша ушла в декретный отпуск и…

— Ни за что, бабуля, — ответила она, замотав головой и предусмотрительно сделав шаг назад.

Мэгги даже глазом не моргнула. Она просто не отводила своего взора от изумрудно-зеленых глаз Эйлин и ждала, выдерживая долгую паузу.

Эйлин прервала ее первой. Ей не хватало выдержки в обстановке полного молчания.

— Но, бабуля, у меня же отпуск.

— Твой отпуск, кажется, сорвался.

Правильно. Она и ее ближайшая подруга Тина планировали провести две недели в Мексике. И вдруг Тина совершенно неожиданно сбежала со своим давним кавалером, оставив Эйлин только сообщение с глубокими извинениями на автоответчике. У Эйлин остался лишь паспорт с визой и полное нежелание ехать одной в поисках развлечений под палящими лучами солнца.

Эйлин была ужасно расстроена. Она столько сил и времени потратила на улаживание дел в своем цветочном магазине, чтобы он продолжал функционировать и во время ее отсутствия. Начало октября было наиболее удобно для краткосрочного отпуска. Для владельцев цветочных магазинов наступало временное затишье, которое к исходу месяца обычно сменялось предпраздничным неистовством. И до Дня святого Валентина уже не было ни одной свободной минуты.

— Да, поездка аннулирована. Но у меня же остается две недели отпуска.

— И тебе нечем их занять, — отметила бабушка.

Это опять было правдой, черт бы побрал все на свете. Бабуля слишком хорошо знала ее образ жизни. Да, возможно, она будет с ума сходить от безделья, не зная, к чему бы руки приложить.

— Может, мне понравится ничего не делать.