С балкона Эйлин увидела письменный стол Рика, за которым он работал над последней папкой документов Эда Харрингтона. Она повернулась вполоборота, чтобы лучше его видеть, и заметила, как он поправляет волосы, как блестят его глаза в приглушенном свете лампы, как смотрятся его плечи, когда их не сковывает пиджак.

Сердце забилось чаще, а кровь прилила к лицу. Она отвернулась, благодаря Бога, что Рик не заметил ее. День прошел замечательно, они отлично работали вместе. Она внимательно слушала, как он дает советы Эду относительно выгодного вложения капитала и размещения ценных бумаг, и, хотя абсолютно ничего не поняла по существу, эта беседа произвела на нее неизгладимое впечатление.

Молния прорезала небо, ярко осветив края плывущих над головой облаков. Раскаты грома слышались все ближе.

— Через минуту на тебе и нитки сухой не останется.

Пульс участился, стоило Рику только выйти на балкон и встать позади нее.

— Я люблю грозу, — сказала она в унисон с очередным раскатом грома. — Не так уж часто у нас бывает гроза.

— Вот и хорошо. А то бы постоянно пришлось отключать компьютер из-за молнии.

Эйлин улыбнулась.

— Бедная рабочая пчелка. Из-за непогоды оторвался от дел.

— На этот случай есть еще аккумулятор.

— Тогда зачем ты вышел на балкон?

— Гроза в наших краях действительно не такое уж частое явление. — Он обхватил руками перила. — А ты была сегодня молодцом.

— Спасибо.

Приятный комплимент.

Рик вздохнул и перевел взгляд на сад, раскинувшийся внизу, а затем на горы вдали.

— Эдвард никогда так много не говорил, как сегодня. Мы сотрудничаем с ним два года, но он не рассказывал мне о своей безвременно ушедшей супруге. — Рик повернул голову и посмотрел на нее. — Это из-за тебя Эд стал предаваться воспоминаниям о добрых старых временах.