Часы показывали только два часа ночи, и это значило, что она проспала всего лишь часа два, хотя и чувствовала себя выспавшейся. До утра еще далеко, ей не хотелось лежать в постели и размышлять. Читать тоже не хотелось.

Она подняла штору и увидела черное бархатное небо и искрящиеся звезды; волны катились медленно и спокойно, только изредка кое-где набегали белые барашки, нарушая темную гладь. Кирстен вдруг захотелось выйти на палубу, ощутить вкус морского воздуха, подставить лицо ветру, воспользоваться своей вновь обретенной свободой. Вряд ли в этот час там будет много отдыхающих, и вся верхняя палуба окажется в ее распоряжении. И едва ли начнется такая сильная качка, что возникнет угроза свалиться за борт.

Стянув шарфом волосы в пучок, чтобы не падали на глаза, она надела жакет в черно-белую клетку под цвет брюк. Вероятно, на палубе будет холодно, несмотря на то что сейчас был разгар лета.

В узком коридоре, куда выходили двери кают, было пусто и тихо. Слышалось только легкое поскрипывание, естественное для судна, идущего в море. Из того, что она запомнила о расположении на корабле, пока шла из помещения, куда попала с причала, до своей каюты, было то, что над коридором есть еще одна закрытая палуба, откуда можно попасть в грузовой отсек, прямо над которым находилась открытая палуба. По лестнице, расположенной посередине коридора, можно добраться до цели не больше чем за одну-две минуты.

На лестнице Кирстен никого не встретила, хотя слышала звуки музыки, доносившиеся непонятно откуда. Потом она вспомнила рекламную брошюру о пароме, где сообщалось, что на борту есть ночной клуб и казино. Вероятно, казино открыто всю ночь или по крайней мере до тех пор, пока есть люди, которые хотят продолжать игру, подумала Кирстен. Игра как наркотик. Однажды втянувшись, человек уже не может остановиться. Ник был уже на грани того, чтобы стать наркоманом игры.