С другой стороны, ей будет почти тридцать, когда она овладеет азами профессии. А такая перспектива вовсе не казалась заманчивой. Лучше потратить эти годы, чтобы усовершенствоваться в той профессии, которой она уже владела. Оплата хорошая, работа интересная, и она знала, что считается одной из лучших в своей области. Не говоря уже о прекрасных людях, с которыми она работала.

Погруженная в собственные мысли, Кирстен чуть не упала, когда у нее за спиной раздался голос:

— Если вы плохо себя чувствуете, вам лучше пойти на подветренную сторону.

Кому какое дело, лучше ей или нет, подумала она. Неужели ей так и не удастся избавиться от этого человека? Кирстен медленно обернулась и увидела в нескольких футах от себя фигуру, лениво опиравшуюся на воронкообразную надстройку парома. Теперь поверх майки он надел ветровку. Норвежец равнодушно разглядывал ее. В тусклом свете фонаря, освещавшего палубу, его лицо казалось высеченным из камня.

― Я не чувствую себя плохо, — возразила она, — я просто наслаждаюсь одиночеством. А вы тоже не можете заснуть?

― Я и не пытался. — Викинг отделился от стены, сделал шаг или два и облокотился на поручни рядом с ней. — Часа два я провел в казино, и теперь мне надо подышать свежим воздухом.

― Выиграли или проиграли? — без особого интереса спросила она.

― Я всегда играю только для того, чтобы выиграть, — словно отрубил он.

― Тогда на завтрак будет «Бакс Физз»? — насмешливо предположила она.

― Вы так отмечаете победу? — Он отвел взгляд от моря и насмешливо скривил рот. Тон вызывал невольное раздражение.

― Конечно, — холодно бросила она. — Ненавижу шампанское. Неважно, с апельсиновым соком или без него. Впрочем, не могу сказать, чтобы при моем образе жизни часто случалась такая возможность.