Паром отчалил минут через пятнадцать, и Кирстен чувствовала под ногами дрожание пола от моторов и ощущала нарастающую скорость движения. В июне Северное море обычно не бывает суровым. По крайней мере она надеялась, что не будет. Кирстен никогда раньше не страдала морской болезнью, правда, она и путешествовала только по Средиземному морю да переплывала на пароме реки Франции. Вот и весь ее опыт морских переходов.

В девять часов она вышла из каюты и направилась к палубе, где размещался ресторан. Паром был битком набит людьми: они сидели, стояли и даже лежали на всех палубах и во всех коридорах. Кирстен заметила, что большинство пассажиров так и остались в неопрятной одежде и мокрых от брызг рубашках. Впрочем, вся атмосфера на пароме казалась неопрятной, хотя для пассажиров и были созданы кое-какие удобства.

Ресторан тоже был набит людьми до отказа, и несколько человек уже стояли, ожидая, когда освободится столик. Проходя мимо витрины магазина, кстати уже закрытого, с ценами без налога на товары, так называемого «дьюти фри», Кирстен заметила кафетерий, тоже заполненный проголодавшимися пассажирами. Но в кафетерии было самообслуживание, что по крайней мере позволяло сократить время ожидания и найти свободный столик. Вообще-то Кирстен не особенно проголодалась, чтобы отдать должное норвежским холодным закускам, а цена за ужин одна и та же, независимо от того, сколько и что человек съел. Пока бюджет не поджимал ее, но за последние полторы недели она потратила гораздо больше денег, чем обычно.

Очередь в кафетерии не показалась ей утомительной, потому что пассажиров обслуживали быстро и деловито. Горячие блюда, типичные для заведений подобного рода, не выглядели особенно привлекательными, и Кирстен остановилась на двух бутербродах, которые назывались «смёрбродами»: на тонком ломтике хлеба высились копченый лосось и яйца. Такого ужина хватит до завтрака, решила она.