Подъехав к краю, Генри пришпорил Фантома. Все это время мысли его крутились вокруг одной темы. Шарлотта Хаверфорд? Ее отец, граф Хоторн, слыл хитрым лисом, а леди Хоторн не отличалась особым умом. Их старшая дочь была чересчур амбициозна и очень ему не нравилась. Разумеется, она привлекательна, но красота ее лишена тепла – эта женщина не из тех, кто может согреть холодной ночью. Впрочем, все женщины – весьма изменчивые создания.

Только не его сестра, напомнил он себе. Элеанор была редким исключением и имела прекрасный, безупречный характер. Женщины сомнительного поведения частенько оказывались в постели маркиза. Конечно, леди таких дам не назовешь, но Генри нравилась их честность: они от него ожидали совсем не многого. Это было очень похоже на ведение бизнеса, и он как раз собирался возобновить несколько таких знакомств в Лондоне.

Что же касается девушек, на которых стоит жениться, – это совсем другое дело, что и доказала неудача с Сесилией Лейтон. И все же Шарлотта Хаверфорд была, пожалуй, худшим вариантом. Генри абсолютно не интересовали ни ее наследство, ни связи ее отца. Жениться на ней? Никогда.

Генри даже не заметил, что мчится, не разбирая дороги, крепко стиснув зубы. Подъехав к границе своего поместья и земель лорда Роузмора, он вдруг почувствовал, что Фантом споткнулся, и натянул поводья. Конь перешел на шаг. Однако, даже сидя в седле, можно было почувствовать, что Фантом чуть-чуть прихрамывает. Гневные мысли тут же отошли на задний план. Жаль, если его любимый конь пострадает.

Генри спешился и внимательно осмотрел копыта. Не обнаружив ничего особенного, он взялся за поводья и пешком направился в сторону Роузмор-Хауса.

Вскоре стали видны знакомые серые камни Гленфилда.

– Еще немного, – подбодрил он Фантома, – и конюх осмотрит тебя повнимательнее.

– Сэр, ваш конь, – из тени деревьев донесся приятный женский голос, – пожалуйста, остановитесь! Он же хромает...