Неяркое осеннее солнце деликатно заглянуло в окно и нежно коснулось ресниц спящей девушки. Она открыла глаза, сладко потянулась и выбралась из постели. Какая роскошь – просыпаться каждое утро именно тогда, когда тебе хочется, а не вскакивать чуть свет, как все служащие. Как восхитительно бродить по дому в джинсах и футболке, а не в строгих элегантных костюмах, которые заставляют человека чувствовать себя мумией.

А самое лучшее – просыпаться в этом прекрасном доме, который она полюбила почти сразу, как только Артур привел ее сюда. Сначала дом, правда, показался ей холодным и высокомерным, похожим на тех предков Артура, которые его построили, но уже тогда очаровал ее строгим вкусом декора и великолепной коллекцией произведений искусства. Неудивительно, что Артур такой превосходный колорист, ведь он, должно быть, с детства впитывал в себя сам дух этого дома, его стиль, спал в комнатах, обтянутых шелками различных оттенков, касался старинных ваз ручной работы... Ах, если бы Пит был здесь, он бы по достоинству оценил этот дом... Воспоминания о погибшем брате омрачили ее душу, и она погрузилась в меланхолическое настроение.

Каждое утро для Ребекки начиналось с визита в голубую гостиную, где висели чудесные акварели Тернера, и лишь после поклона старому мастеру она переходила на кухню, чтобы выпить чашечку кофе, а затем принималась за работу. С каждым днем она чувствовала, что ей становится все легче и легче, страх, преследовавший ее последние два года, отступал. Ребекка с нежностью подумала, что это происходит благодаря Артуру, который один так умеет понять ее и дать почувствовать, что она любима и нужна.

Психоаналитик говорил Ребекке, что после всего пережитого ей нужно учиться доверять людям и перестать ощущать чувство вины. И Артур встретился ей в нужное время в нужном месте, именно тогда, когда она была готова наконец приоткрыть свою душу и поделиться терзавшими ее чувствами. Немалую роль в ее выздоровлении сыграл и этот дом, такой английский, что диву даешься, как мог сохраниться этот викторианский дух в центре бурлящего Парижа.