Она хотела вскочить, сдернуть простыню и открыть его лицо, чтобы он мог дышать, но каталка бесшумно прокатилась мимо на толстых резиновых колесах. Лиз так и не смогла ни встать, ни просто поднять руку. Она вообще не могла пошевелиться, хотя ей хотелось побежать вслед, закричать. Зачем они увозят его от нее? Язык не повиновался ей, мысли путались, а перед глазами стояло залитое кровью лицо Джека.

- Миссис Сазерленд? - Перед Лиз остановилась высокая темнокожая сиделка в кокетливом коротком халатике. - Мы выражаем вам свои соболезнования, миссис Сазерленд. Можем мы вам чем-нибудь помочь? Скажите, кому надо позвонить, чтобы за вами приехали.

- Я не знаю. - Язык еле ворочался у нее во рту, в горле застрял тугой комок, и Лиз натужно раскашлялась. - Г-где он? - спросила она, отдышавшись.

- Вашего мужа отвезли вниз, - сказала сиделка, и Лиз вздрогнула. В этих обычных словах было что-то зловещее и.., окончательное. - Когда немного придете в себя, сообщите, когда и куда его следует доставить, хорошо?

- Доставить? - Смысл разговора ускользал от нее, словно сиделка говорила на иностранном языке.

- Ну да... - Сиделка слегка пожала плечами. - Ведь вам нужно приготовиться к похоронам, разве нет?

- К похоронам? - тупо переспросила Лиз. Она никак не могла взять в толк, кого она должна хоронить - разве кто-нибудь умер? И где, черт возьми, Джек?

Зачем его увезли куда-то вниз? Лиз была уверена, что, если бы он был рядом, он объяснил бы ей, кого только что застрелили и кого они должны хоронить.

- Кому можно позвонить, чтобы за вами приехали? - повторила сиделка, но Лиз только покачала головой. Кому звонить? Для чего? Ведь Джек уехал совсем ненадолго! Он должен вернуться домой, чтобы приготовите начинку и помочь ей с уборкой. Зачем она сидит в этой глупой больнице и ждет неизвестно чего? Может быть, он уже вернулся и теперь волнуется, куда она подевалась!

- Никому не надо звонить, - сказала Лиз отрывисто. - Мне нужно домой.