Саша еще сильнее прижал ее к полке. Одной рукой он обхватил ее за талию, другую положил на грудь, защемил сосок между пальцами и принялся перекатывать, как горошину. Она вскрикнула от неожиданности, и тотчас он закрыл ей рот губами. Лена почувствовала, что жесткие настойчивые губы раздирают ее рот, язык требовательно раздвигает зубы. Не хватало дыхания, и, когда Сашина рука скользнула к застежке ее брюк, она беспомощно забилась в его руках, с отчаянием осознавая, что может произойти непоправимое. Он уже успел расстегнуть свои джинсы, и твердый выступ ткнулся в основание ее бедер. Изо всех сил, насколько позволяли тесно прижатые ноги, Лена ударила каблуком босоножек по его ступне.

Саша отпрянул как ошпаренный.

— Ты что, с ума сошла? — вскрикнул он.

— Неизвестно, кто из нас сошел с ума. — Лена вытерла губы, поправила волосы. — По всем правилам, тебе надо бы набить морду и отправить отсюда к чертовой матери! Подлец ты и подонок, Сашка, оказывается! — Лена, не оглядываясь, направилась к лестнице.

Саша схватил ее за руку.

— Лена, прости! Сам не понимаю, что со мной!

Я мужик здоровый, видно, Верки одной мне не хватает. А ты такая… сладкая! — добавил он тихо. — Кожа как шелк. — Он провел пальцем по обнаженной до локтя руке девушки. — Очень хочу тебя, умираю просто. Может, я вечером приду, не пожалеешь!..

— Еще слово, и все расскажу твоей жене. Успокойся, и забудем об этом. Стыд-то какой! — Лена отдернула руку.

Не глядя друг на друга, они поднялись наверх.

Веры в кухне не оказалось. Весело улыбаясь, она вела за калиткой оживленный разговор с новым директором и двумя молодыми бородатыми мужчинами в синих джинсовых костюмах.

— Лена, Саша, познакомьтесь, это Костя и Андрей, друзья Алексея Михайловича. Они просят разрешения осмотреть твою баню, — обратилась она к подруге. — Алексей Михайлович собирается тоже строить на своем участке.

Парни вежливо кивнули Лене.

— Это вы хозяйка? Можно попросить вашего мужа проводить нас? — спросил один из них.